«Встречай, учи и снова расставайся» (интервью с заслуженным учителем РФ Эльвирой Хаматнуровой)

Встречай, учи и снова расставайся
Заслуженный учитель России Эльвира Хаматнурова рассказала журналисту «МВ» о своих наставниках, учениках, уроках и секретах профессии
Приказ о награждении учителя русского языка и литературы нижневартовского Лицея президент РФ Владимир Путин подписал в конце июня. Мы встретились с Эльвирой Мударисовной неделю спустя, когда эмоции немного улеглись.
«Я человек консервативный. Наверное, вам скучно. Меня лучше слушать на уроке», - сказала учитель. К тому времени мы на одном дыхании проговорили полчаса, и останавливаться не хотелось. Вопросы возникали сами собой (заготовки не понадобились), чтобы удерживать в берегах реку обаяния и мыслей о профессии, учениках, учителях, семье, призвании… Уже в процессе понимал, что газетная полоса и даже разворот точно не вместят всего. А как передать радость от настоящего общения, коим в идеале и должно быть интервью? Я попробую. Собственно с эмоционального градуса мы и начали наш диалог в пустом по причине каникул классе.
- 30 человек на меня смотрят, а я вот здесь свой спектакль разыгрываю. И мне хорошо.  Я себя свободно чувствую. Я даже не представляю школу без детей. Вот сейчас выпустила класс и, как будто не на работу прихожу. На уроке ты действительно актер. Не вживаешься в роль учителя, а живешь этим. Мне так кажется.
- А у вас ученики часто озадачивают?
- Это как?
- Например, вопросом каким-то неожиданным.
- Если это интересно и умно, то мне очень нравится. Вот реально нравится. Я вообще могу отвлечься от программы порой. Если прочитала что-то, я захожу и говорю: «Так, сегодня давайте отложим вот это, а я буду говорить про другое». Бывают и такие уроки. Они нечастые.
Я давно для себя решила, что не боюсь чего-то не знать. Объективно, сейчас это и невозможно. Это недостаток молодых учителей: они пытаются казаться умнее всех, умнее своих детей. А я не пытаюсь просто это делать.
Старшеклассники часто меня озадачивают. Я тогда говорю: «Стоп, подождите, не знаю. Давайте смотреть». Берем онлайн-словарь или обычный и изучаем. Я очень спокойно к этому отношусь. И дети это понимают. Правда, один раз был случай: пятиклассник пришел домой и рассказывает родителям: «Представляете, она посмотрела в словарь». Ну и что? «Как ну и что? Она же все знает». То есть, впечатление у маленьких вот именно такое.
- А у вас классы с пятого по одиннадцатый?
- Чаще всего у меня 10-ый и 11-ый. Но тех детишек, которых я выпустила в этом году, я  учила с пятого класса.
- У вас стаж вообще какой?
- 34 года. В 1991 году я закончила… сейчас это Вятский госуниверситет, а тогда был Кировский государственный педагогический институт имени Ленина.
- Вы по призванию пошли?
- По большому счету, мне было все равно, куда поступать. У меня все предметы шли хорошо. Я бы не сказала, что бредила литературой и русским языком. Больше математикой, но подумала, что всю жизнь цифрами заниматься скучно. Родители вообще видели меня врачом. Отец месяц, наверное, не разговаривал со мной после того, как я поступила в пединститут, говорил: «Что это за профессия!»
- А у вас сейчас эта любовь к математике осталась?
- Осталась. Обожаю математику. Раньше же были открытые уроки, учителя давали открытые уроки. Я начинала в городе работать в школе №8 при Евдокии Петровне Максимовой. Жесткий директор. У меня вообще все директора такие были. Она как-то пришла ко мне на открытый урок и говорит потом: «А ты чего в математики-то не пошла?». Спрашиваю: «Заметно?» - она говорит: «Очень». Мне все всегда нужно разложить полочкам - на первое, второе, третье, четвертое…
- Многие поэты были математиками, а математики поэтами.
- У меня сейчас физмат класс. Лицей же естественно-научного профиля. Так вот, у этих ребят отменная логика, аналитический ум, они стихи пишут, у них самые лучшие сочинения. С одной стороны, вроде бы, сложнее: все-таки меньше читают. А с другой, если они прочили, с ними разговаривать, беседовать на уроке интереснее намного. Я не верю в чистых гуманитариев, филологов, если честно.
- А вы детям тоже это говорите? Или вы все-таки при себе держите, что не бывает чистых гуманитариев и чистых техников?
- У нас группа класса в «Сферуме», и там на аватарке головной мозг, поделенный на две половинки. С одной стороны - рациональный, а с другой - образный.
- Вы, получается, в Кирове закончили вуз? Потом там работали?
- Нет, потом я приехала к себе домой и пять лет работала в своей родной Краснополянской средней школе, в которой сама училась. Это Вятскополянский район Кировской области. Небольшой рабочий поселок при деревообрабатывающем комбинате. Это очень сложно приходить туда, где тебя помнят ученицей. Но я безумно благодарна каждому моему учителю, кто в первые годы был со мной рядом. Это были, знаете, недосягаемые просто люди.
Когда позвонила директор Лицея Ольга Ивановна Морозенко и сказала, что президент мне присвоил звание «заслуженный учитель», было желание просто закричать им всем «спасибо» и всем написать, но их уже нет. Нет моих учителей, которые учили меня в школе, институтских преподавателей. Они уже тогда были в очень преклонном возрасте. Все, что они сделали для меня, бесценно.
Все, чему меня учили в институте, мне пригодилось. Некоторые говорили: «Вот зачем нам старославянский язык? Кому он нужен? Сдадим и забудем». А я на этом всю свою работу построила. Для меня исторический подход - это главный подход. Когда я на уроках вижу детей, увлеченных русским языком, я им даю нестандартные задания. Просто удовольствие смотреть, как у них глаза загораются.
- А вы пишете сейчас конспекты?
- Пишу. Нашла недавно на даче свои старые. Я делала их разными чернилами, писала, что говорит учитель, что говорит ученик. У мамы было старое трюмо в прихожей, я, молоденькая, 21 год, стояла перед ним и репетировала, как буду читать стихи перед классом. Я каждый урок репетировала. И, когда сейчас говорят, вот вы так свободны, я отвечаю: «Вы знаете, сколько сил в каждый урок было вложено?» И я каждый раз стараюсь провести урок особенно, не повторяюсь.
- Как вы в Нижневартовск попали?
- В 1991 году я закончила университет. Было много мыслей, что я самостоятельный человек, наконец, начинаю работать. А времена какие были? В 96-ом зарплату по полгода не платили. Я приехала сюда, у меня было 300 рублей в кармане.
- А почему именно сюда?
- Здесь были знакомые, но это не родственники, не какие-то близкие люди. Я ночевала на вокзале. Ровно неделю искала работу. Это был октябрь, штат везде укомплектован.
- Вы просто ходили по школам и спрашивали?
- Да. Была какая-то школа на Дружбе народов, сейчас уже не помню какая. Мне там в очередной раз отказали. Я вышла, села на бордюрчик и сама себе сказала: «Нет, все-таки я отсюда не уеду». Меня взяли в школу №8. Я прямо там и жила месяца три или четыре. Потом уже дали комнату в общежитии.
- А еще в каких школах вы работали?
- В восьмой школе после декретного отпуска не было места. Детей становилось меньше, ставки сокращали. И я работала в 13-ой школе, по месту жительства. Директором там была Юлия Алексеевна Шлапачук. Мне вообще везет с руководителями. Все личности.
В 2006 году я пришла в Лицей. Через год 20 лет, как здесь работаю. Я очень люблю этот коллектив. Люблю людей, которых я каждый день здесь вижу. Здесь очень много сильных преподавателей, шикарная просто административная команда. Такие совпадения случаются не часто. Все так здорово организовывают, стараются по минимуму загружать учителей бумажной работой.
- У вас сколько часов было в этом году?
- У меня было прилично часов, прилично. Четыре одиннадцатых класса, еще три девятых. Русский язык и литература вместе. Это где-то за 30 часов.
- Как вы успеваете готовиться к урокам?
- Вот, например, сейчас я уже стараюсь комплектовать весь дидактический материал для девятиклассников, которые будут у меня на следующий год. Конечно, я не все успеваю. В воскресенье стараюсь писать планы на неделю.
- Где же время на семью?
- Мне очень, очень и очень повезло. Рядом со мной человек, который меня поддерживает во всем. Когда президентская награда пришла, я сразу ему сказала: «70% твои». Это очень важно.
- Чем ваш муж занимается?
- Сейчас на пенсии. Но он вообще нефтяник, всю жизнь проработал здесь. У нас два сына. Старший живет в Казани, окончил университет, работает в банке айтишником. Младший здесь, с нами. Это самое важное в жизни. Я, когда детей выпускаю, всегда говорю им: «Берегите родителей». Я стараюсь очень редко их вызывать в школу, крайне редко. Особенно в старших классах.
- А вас дети к ученикам не ревновали?
- Я учила своего ребенка старшего. Это очень сложно. Но как-то он мне очень здорово сказал: «Я смотрю на тебя на уроке и, ты себя не представляешь, как ты кайфуешь от всего, настолько отдаешь себя процессу. Но, с другой стороны, никто же не знает, что ты не спишь ночами, что ты сидишь на кухне, готовишься, что все, что происходит на уроке, это только вершина айсберга». Он очень переживает, что я устаю, все принимаю близко к сердцу, говорит, что мне нужно уходить и вести только онлайн-уроки. Я не могу так.
Я много раз задумывалась, чем я буду заниматься. Даже дети говорят: «Эльвира Мударисовна, вы, если уйдете на пенсию, не сможете вообще жить». Говорю, что смогу. Может быть, успокаиваю себя. Вообще у меня очень много планов грандиозных. Я хочу книгу написать  о своей профессии. У меня есть название рабочее, наметки. У меня есть, чем заняться помимо уроков, но пока я работаю. У меня еще на следующий год 11 и 9 классы. Мне нужно будет их подготовить и выпустить. И вот дай бог здоровья и терпения, чтобы обязательно это все осуществилось.
- Вы узнали о награде от директора Лицея?
- Да, утром рано мне позвонила Ольга Ивановна: «Эльвира Мударисовна, я вас не разбудила?» И она мне об этом сказала. Было очень трогательно, слезы навернулись. Знаете, на здании школы, где я училась, есть памятные дощечки. На них имена двух учителей. Мой первый учитель, Лидия Александровна Нехнаева и мой учитель химии, Софья Михайловна Логвенова. Они были заслуженными учителями, понимаете? И вдруг я заслуженный учитель. Да мне до них… Они были удивительные люди.
Мне мои одиннадцатиклассники говорят: «Вы же не всегда были послушной». А я очень хорошо помню, как меня отдали в первый класс: я не знала ни букв, ни цифр, я вообще ничего не знала. Со мной никто не занимался дома, некогда было всем. Я неделю походила в школу, и мне это изрядно надоело. Решила, что все, хватит. Сбежала, зашла в палисадник и сидела там, играла. За мной пришла Лидия Александровна Нехнаева, открыла калитку… Знаете, я этот момент помню вплоть до запаха, до прикосновения руки, вот такие воспоминания у меня. Она взяла меня за руку и сказала только: «Пойдем». И я пошла. Больше я никогда не прогуливала школу. Я не знаю, что было в этом человеке. Я не понимаю.
Ну и Софья Михайловна Логвенова... Это что-то космическое, химия, которая, как многие сейчас говорят, им не нужна. У меня это тоже не самый сильный предмет был, но там была личность учителя и это главное. И вообще, я закончила маленькую-маленькую школу в маленьком поселке, из которой вышли два академика. Вы представляете, какой там был вообще уровень учителей?
И вот теперь я думаю, господи, Лидия Александровна и Софья Михайловна. Я себя рядом с ними даже не представляю. Пока не укладывается, что я могу получить такую высокую оценку своего труда, как мои дорогие и любимые учителя.
- А что дальше?
Дальше? Учить дальше. Встречай, учи и снова расставайся. Три слова, три глагола и все глаголы движения. Там нет глаголов, чтобы просто стоять, понимаете?

Беседовал Алексей Шабанов