Андрей Боярских: «Главное — желание человека излечиться»

Андрей Боярских: «Главное — желание человека излечиться»
Наркомания — это болезнь, от которой страдает как сам зависимый, так и его близкие. Мало того, человек под воздействием наркотиков может быть опасен для окружающих. Как предотвратить появление зависимости и куда обращаться за помощью, поговорили с врачом психиатром-наркологом БУ «Советская психоневрологическая больница» Андреем Боярских.
— Андрей Леонидович, начнем с самого главного. Куда может обратиться человек, страдающий зависимостью, или его родственники за помощью? Что вообще для этого нужно?
— В первую очередь, нужно захотеть. В Российской Федерации есть три способа получения помощи в наркослужбе: добровольно, недобровольно и принудительное лечение по приговору суда. Мы оказываем помощь только по желанию пациента, за исключением случаев, когда присутствует алкогольный или наркотический психоз. В таком состоянии человек не отдает отчет в своих действиях, опасен для себя и окружающих. В таком случае его госпитализируют для оказания экстренной медицинской помощи. После приведения такого пациента в чувство лечение может быть продолжено только при наличии его согласия.
Поэтому когда к нам обращаются родственники зависимых, помочь мы ничем не можем, пока человек сам не придет.  
— Сколько лет вы работаете в этом направлении?
— Вообще в психоневрологическом диспансере я работаю с 2004 года. А в качестве врача-нарколога с 2009 года.
— Серьезный стаж. А были в вашей практике случаи успешного излечения от наркотической или алкогольной зависимости?
— Давайте сразу скажу, зависимость, которая возникла у человека в голове, — она навсегда. И борьба с ней — это на всю жизнь. Последствия употребления наркотических средств будут преследовать человека очень длительное время, как в соматическом плане, так и в психической сфере. Например, те, кто начал употреблять наркотики в 90-е годы, уже практически все ушли из жизни. Многие — от передозировки, у остальных, даже если они начали вести нормальный образ жизни, сказались последствия употребления. А те, кто еще живы, это порядка 10 %, практически все являются пациентами психиатров.
В моей практике много пациентов, полностью отказавшихся от наркотиков. Вообще они делятся на несколько категорий. Первые — это те, которые решили завязать вследствие какого-то серьезного заболевания. Есть те, кто замещает употребление наркотиков алкоголем. Другие уходят в религию — такой метод терапии предлагают различные общины. Практика показывает, что они держатся ровно до тех пор, пока находятся в этой религиозной системе.
Есть пациенты, которые в силу психических расстройств на фоне употребления стали посещать врача-психиатра, и воздерживаться от употребления им помогает назначенное психотропное лечение.
Есть и те, кто не занимается и первым, ни вторым, не ходит к психиатру. Эти люди полностью поменяли уклад своей жизни. Но и они признают, что спустя годы помнят ощущение кайфа.
— Есть разница в том, что употребляли наркоманы, скажем, лет 20 назад и сейчас?
— В 90-е это был героин, мак, опий и его производные. В случае передозировки в арсенале врачей был антидот, с помощью которого можно было человека откачать.
Сейчас очень распространены синтетические наркотические средства. В основном, это соль — метилэфедрон. Воздействие на организм, психику просто колоссальное по своей агрессивности. Стойкое привыкание формируется уже с 1-2 раз употребления. Очень быстро развиваются поражение мозга и всех остальных органов. Год-два — и инвалидность обеспечена. Если удастся дожить. Кроме того, антидота к «синтетике» нет, лечение симптоматическое. И мы, врачи, не знаем, сможем ли спасти пациента.
В моей практике был случай, когда человек, употребив синтетический наркотик, пришел в состояние психомоторного возбуждения. Он прыгал на парковке по машинам, проявлял агрессию. Сотрудники полиции доставили его к нам в наручниках. К сожалению, несмотря на наши усилия, у пациента развился отек мозга и буквально через 2-3 часа он ушел из жизни.
Бывает, что возникают бредовые идеи, галлюцинации и люди могут просто выйти из окна или совершить тяжкое преступление. Вот так действует на человека наркотик.
— В каком возрасте человек наиболее подвержен тому, чтобы начать употреблять наркотики?
— Чаще всего это происходит в студенческие годы, когда новоиспеченный студент остается без родительского контроля. Его захватывает самостоятельная жизнь и желание попробовать то, что было запрещено.
— Есть статистика, в какой возрастной категории больше всего наркозависимых?
— По статистике, это самый работоспособный возраст, 25-40 лет
— По какой причине люди начинают употреблять наркотики?
— Все причины можно разделить на три категории. К физическим относится, например, наследственность. Так, если родители страдали наркотической или алкозависимостью, это передается детям. Ученые полагают, что у детей наркозависимых имеется предрасположенность к дефициту дофамина и серотонина, гормонов счастья, и это толкает их на получение их химическим путем. Бывает и так, что болеутоляющие препараты пациенту выписывает врач, но со временем у организма развивается толерантность к лекарству и люди пытаются найти более сильное средство.
Среди социальных причин  — безработица, нищета, плохие социальные условия жизни. В этом случае употребление наркотиков является способом ухода от реальности.
Есть и психологические причины — гиперопека или, наоборот, полное равнодушие в семье, душевные травмы, травля близкими людьми или в социуме.
— Как меняется поведение человека, начавшего употреблять запрещенные вещества?
— Употребление наркотических средств является незаконным, соответственно, чтобы скрыть этот факт человек становится лживым, изворотливым, эгоистичным. Далее, вследствие воздействия запрещенных веществ на организм, присоединяются грубые психические нарушения. Это бредовые идеи и галлюцинации, которые приводят к потере работоспособности, толкают на правонарушения. Еще раз повторю, самые распространенные сейчас наркотики — синтетического происхождения, они разрушают физическое и психическое здоровье моментально.
— Как вы считаете, в каких учреждениях помощь более эффективна — в государственных клиниках, частных или же в организациях типа разных общин? Слышала, что есть даже такие «методы лечения», когда пациента просто привязывают к кровати…  
— Знаете, в чем самый главный минус лечения в государственных клиниках? Отсутствие анонимности. И это многих останавливает, потому что нахождение на учете у врача психиатра-нарколога влечет наложение определенных ограничений.
В коммерческих клиниках такого нет. И в последующем при прохождении медосмотра на ношение оружия, управление автомобилем, при трудоустройстве никто не узнает о факте лечения от зависимости. Вопрос, насколько это оправданно с точки зрения безопасности, остается открытым. Как врач-нарколог, я  понимаю, что бывших наркоманов не бывает, и человек может вернуться к употреблению в любой момент. Не убьет ли он других, сев за руль или работая на опасном производстве?
В Югорске, кроме нашего ПНД, есть «Вефиль». Это религиозная протестантская  община. Есть «Грани» — там лечат по американской системе «12 шагов». А вообще, считаю, можно обращаться куда угодно, лишь бы это помогло.
— Скажите, а работает ли в Югре система получения помощи через социальный сертификат?
— Безусловно. Как это работает: мы купируем медикаментозно психическую зависимость, далее пациент идет на реабилитацию. Получить помощь на средства этого сертификата можно в любом коммерческом учреждении, занимающемся реабилитацией наркозависимых.
В Югре есть бесплатный наркологический реабилитационный центр в Лемпино. Там очень высокий уровень оказания услуг, хорошие результаты. Тем, кто действительно хочет избавиться от зависимости, я советую ехать туда.
— Существуют ли какие-то алгоритмы поведения для членов семьи зависимого, если они хотят его вылечить?
— Есть такое понятие, как созависимость. Поэтому мало работать с зависимым, здесь нужно всей семье, близкому окружению менять свою жизнь и отношение к ней. На самом деле, заинтересованность родных в лечении играет важную роль. У меня был пациент, которого вытащила жена. Она боролась за него, да сам он понимал, что если не прекратит употреблять, останется без нее.
Рассмотрим другой вариант. Мама, папа, великовозрастный сын. Родители тянут на себе неработающего отпрыска, который к тому же употребляет алкоголь или наркотики. Хорошо, мы пролечили молодого человека, он вернулся домой, где его точно так же продолжают кормить, одевать, покупают сигареты… То есть прежние условия, попав в которые зависимый снова возвращается к употреблению.
— Что бы вы посоветовали родителям, которые хотят, чтобы их дети никогда даже не пробовали наркотики? И вообще, насколько этично проверять карманы у детей?
— Абсолютно этично. Есть такое выражение, доверяй, но проверяй. Конечно, это не должно быть в виде насилия.
Вообще родители, отдавая себя работе и обеспечению материального благополучия, упускают очень важный аспект — близость, общение с ребенком. В итоге дети уходят в виртуальный мир, и с кем они там общаются — неизвестно.
Когда провожу встречи с родителями, всегда задаю несколько вопросов. Кто любит своих детей? Кто купил им хорошие телефоны? Все поднимают руки. А когда спрашиваю, кто и когда последний раз проверял историю браузера, выясняется, что это делают единицы. А ведь сейчас распространение идет через интернет, мессенджеры и т.п. Поэтому главный совет — проводите время с детьми, говорите с ними. И проверяйте историю браузера.
Не забывайте, что дети берут пример со взрослых. Поэтому если на Новый год вы открываете шампанское, а им наливаете «детское», вы формируете у них привычку выпивать. Если в семье ребенок видит пьянки и драки, то чаще всего он построит свою семью по такому же принципу.
— Насколько верно утверждение, что женский алкоголизм неизлечим?
— Во-первых, женщины в силу своего гормонального устройства спиваются гораздо быстрее мужчин. Во-вторых, лечить их довольно проблематично. Главный инстинкт женщины — материнский, но когда пациентка выше этого уже поставила алкоголь, наплевав на детей, здесь работать очень тяжело.
— Благодарю вас за интересный разговор, успехов вам в работе!
— Спасибо и вам. Будьте здоровы!
Анна Вискунова